Его книги легли в основу научного фонда библиотеки имени И. Гаспринского, но его творчество и наследие до сих пор не изучены
 
Конечно, имя Басыра Гафарова небезызвестно. Одни знают его как активного участника национального движения крымских татар. Другие – как ученого, языковеда, человека широчайшей эрудиции и глубоких знаний. Но чем дальше мы отдаляемся от двадцатого столетия, тем больше и больше забываются имена людей, составлявших некогда цвет нации или, как говорили коммунисты, честь и совесть своей эпохи.
 
Спросите у рядового соотечественника, кого из известных крымских татар он может перечислить? Список, наверняка, начнется с Исмаила Гаспринского, может, вспомнят Бекира Чобан-заде, Эшрефа Шемьи-заде, упомянут Мустафу Джемилева, Рефата Чубарова и несколько других современников.
 
Сейчас о Басыре Гафарове сразу вряд ли вспомнит даже специалист в области филологии. А уж о его работах расскажут единицы.
 
Тем не менее, этого человека справедливо было бы отнести к той блестящей плеяде ученых, которые внесли свой весомый вклад в развитие тюркологии, и крымскотатарской филологии в частности. Не менее значима его роль в национальном движении крымских татар за возвращение на Родину.
 
Идеальный советский патриот?
 
Басыр Гафаров (а правильнее было бы Басир – «проницательный», «дальновидный», «прозорливый») родился 10 января 1907 года в селе Бештарым Сарайменского сельсовета, Маяк-Салынского района. Очень рано, в годовалом возрасте, лишился отца, а в десять лет потерял мать. В борьбе за выживание мальчик брался за любую работу, батрачил. Несмотря на бедность и лишения, он постарался получить образование. Сначала учился в школе села Джермай-Къачыкъ Керченского уезда, затем продолжил свою учебу в знаменитой Тотайкойской школе. В 1928 году юноша поступает в Симферопольский педагогический институт на отделение крымскотатарской филологии.
 
После окончания института его направляют на работу в Керчь. Два года он преподает в ФЗУ Керченского металлургического завода. А в 1934 его призывают в армию. Он служит всего восемь месяцев в Севастопольском седьмом стрелковом полку третьей крымской дивизии.
 
После военной службы его направляют на руководящую работу в отдел военной цензуры Главлита Крымской АССР, где он работает, впрочем, недолго. Еще в Тотайкое, вступив в ряды ВКП(б), он открывает для себя много возможностей. Для советской власти он подходит идеально: крестьянское происхождение, сирота, взращенный на идеалах революции…
 
В 1935-1937 годах Б. Гафаров учится в Москве, в высшей школе пропагандистов при ЦК ВКП (б). По окончании школы ему доверяют возглавить отдел пропаганды и агитации районного комитета партии Судака, а через год переводят в Акъмесджит главой управления печати Госиздата. В 1939-1941 годах он работает инструктором Крымского комитета партии.
 
Возможно, его партийная карьера была бы еще более успешной. Но война, а затем последовавший геноцид крымскотатарского народа навсегда открыли глаза Басыра на сущность коммунистического режима.
 
Отдав воинский долг Родине-мачехе от первого и до последнего дня Второй мировой, он оказывается перед трудным выбором. Поехать в места ссылки соотечественников или попробовать начать иную жизнь. Он выбирает второе и посвящает себя науке. Его партийное прошлое сыграло положительную роль. Он поступает в аспирантуру института языкознания при Академии наук СССР, затем продолжает специализацию в институте востоковедения.
 
Он посвятил себя науке
 
В 1951 году он пишет диссертацию. Областью исследования становится крымскотатарский язык. Но защититься ему не дают. Он не отчаивается. Гагаузский язык как близкородственный для исследования ученому подходит как нельзя лучше. Новый вариант диссертации «Система склонений в гагаузском языке» успешно защищена. Басыр Гафаров становится кандидатом филологических наук.
Продолжи свою научную деятельность в области изучения других тюркских языков, талантливый ученый достиг бы здесь и признания, и научных высот. Но его прежде всего занимали проблемы своего языка, своего народа.
 
Будучи прекрасным специалистом, он проработал многие годы в Государственной библиотеке имени Ленина. Пользуясь своими служебными возможностями, по крупицам собирал материалы, так или иначе касающиеся крымскотатарского языка, Крыма вообще. Со слов профессора Исмаила Керимова мы знаем, что Б. Гафаров составлял библиографический указатель, в котором было не менее 60 тысяч единиц подобной литературы. К сожалению, труд Басыр агъа пропал даром. Судьба картотеки неизвестна.
 
Он неустанно искал сведения о крымскотатарских писателях, деятелях науки и искусства. Во многом благодаря ему, мы открыли для себя имена Исмаила Гаспринского, Османа Акъчокъракълы, Джемиля Кендже и многих значимых для нашей культуры личностях. Он доказал, что «Кодекс Куманикус» – прежде всего письменный памятник крымскотатарского языка. Занимался он также крымскотатарским фольклором.
 
Басыр-агъа всячески поощрял и много помогал тем, кто занимался исследовательской работой в области крымскотатарского языка и литературы. Своим учителем и наставником считают его доктор филологических наук, профессор Исмаил Керимов, кандидат филологических наук Энвер Акъмоллаев, доцент кафедры русской филологии КИПУ Ремзи Девлетов и еще ряд ученых.
 
Он стал одним из первых наставников молодых специалистов на открывшемся в Ташкенте в конце 60-х отделении крымскотатарского языка и литературы. Он месяцами жил в Узбекистане и с упоением преподавал студентам старших курсов предмет Историческая грамматика крымскотатарского языка, прививал вкус и любовь к родному слову.
 
Научное наследие его огромно и неизучено. Несмотря на то, что перед смертью он завещал все свои книги, а также личные архивы библиотеке имени Исмаила Гаспринского в Акъмсджите, никто из ученых не обратился к теме, связанной с научной и творческой деятельностью Басыра Гафарова. Собственно говоря, личная библиотека Басыр-агъа, состоявшая из более чем двух тысяч наименований книг, стала основой научного фонда вышеупомянутой библиотеки.
 
На сбор этой библиотеки Басыр Гафаров не жалел ни времени, ни средств. Современники вспоминают, что он жил очень бедно, питался скудно. Порой его пищей за неимением лучшего был черствый хлеб, размоченный в кипятке. Что же касается книг, это были очень редкие и дорогие издания по языкознанию, тюркологии, двух- трехъязычные словари, справочники, много довоенных изданий, подлинники газеты «Терджиман» … Своим фондом он нисколько не кичился и охотно предоставлял во временное пользование желающим.
 
Обладая неуемным оптимизмом и искрометным тонким юмором, относился к жизни философски. Мастерски описывая курьезные ситуации, часто подшучивал над самим собой. Был замечательным собеседником, человеком широчайшей эрудиции и глубоких знаний. Большой радостью для него была возможность общаться на родном языке, который он знал досконально.
 
Он всегда мечтал жить и работать в Крыму. Когда наш народ массово стал возвращаться на Родину, Басыр-агъа уже был тяжело болен. Несмотря на это, сохранял ясную память, мечтал создать в Крыму институт Языкознания.
 
Он пожелал умереть и быть похороненным в родной земле. Незадолго до смерти он приехал и поселился в селе Булгъанакъ. В 1991 году его не стало.
 
«Если уж пасть жертвой, то во имя народа»
 
 
Не менее значимый вклад внес Басыр-агъа в национальное движение крымских татар за возвращение на Родину. Он был близко, еще с Тотайкойского периода своей жизни, знаком с Джеббар-агъа Акимовым. Поддерживал связь с Бекиром Османовым, Мухсимом Османовым, Мустафой Селимовым, Ризой Асановым и другими. Практически все делегации, привозившие в Москву петиции крымских татар, встречались с Басыр-агъа.
 
Двери его квартиры никогда не были закрыты для соотечественников. Его посещали герои Амет-Хан Султан, Фетислям Абилов, генерал Абляким Гафаров, писатели Айдер Осман, Джемиль Сейдамет, Джевдет Аметов, Эрвин Умеров, Эмиль Амит, Аблязиз Велиев, ученые Рефат Аппазов, Рефик Музафаров, Мидат Селимов, Якъуб Бекиров, Улькер Торба, Керим Меметов, Исмаил Керимов и другие. Он вел широкую переписку с самыми разными людьми и совсем не тяготился этим.
 
Так описывает собрание, проходившее летом 1987 года в квартире Басыр-агъа, Ферит Зиядинов:
 
«В квартире нас собралось около 60 человек… Много спорили. Необходимо было принять очень важное, можно сказать, историческое решение для нашего национального движения.
 
Решали выходить или нет на Красную площадь в знак протеста политике большевистского правительства в отношении крымскотатарского народа. Наконец, кто-то сказал, что окончательное слово должен сказать Басыр-оджа. Тот не согласился.
 
– Вы собрались здесь, дети мои, чтобы выразить мнение народа, который вас послал. Значит, вы должны исполнять его волю.
 
Помолчав, он продолжил:
 
– Вы еще молоды, у вас есть семьи, дети. Это государство – очень подлое, жестокое. Конечно, неизвестно, как для вас все обернется. Но мы уже использовали все другие средства. Все оказалось бесполезно. Если сейчас упустим момент, нас затопчут окончательно. Если уж пасть жертвой, то во имя народа. Аллах видит, что мы на праведном пути.
 
В тот же день было принято решение и разработан план действий».
 
В годы, когда даже имя крымских татар было под запретом, он на научных конференциях открыто доказывал обратное, то есть то, что народ с таким именем был, есть и будет. Так в 1983 году на конференции географического общества некий Э.Мурзаев стал доказывать, что слово Крым происходит от некоего «кэрэм». Не теряя самообладания, слово попросил Басыр-оджа. Подвергнув критике доводы докладчика, он убедительно доказал, что в основе слова «Къырым», стоит корень «къыр». Говорил он не только об этимологии…
 
В то время все, что было связано с топонимикой Крыма, в научных кругах либо не обсуждалось, либо искажалось. Поэтому выступление по этой теме и в таком ключе требовало смелости.
 
Мы потому так мало знаем о работах Басыра Гафарова-ученого, что многие его труды так и не увидели свет. Он был одним из первых, кто составил русско-крымскотатарский словарь, который не был издан. Несмотря на неудачу, он поощрял и поддерживал начинания других. Так он помогал известному ныне автору крымскотатарско-русского и русско-крымскотатарского словарей Сейрану Усеинову. Поддерживал Муслима Шейх-Аметова, который под руководством А. Суперанской занимался крымской топонимикой, а также подготовил для ее книги по личным именам народов СССР раздел с крымскотатарскими именами.
 
Сам немало времени посвятив изучению наследия И. Гаспринского, вдохновлял своего друга Сеитгъазы Гафарова на написание книги о великом просветителе.
 
Талант Басыр-агъа был многогранен. Его перу принадлежат не только языковедческие, но и литературоведческие труды. Поэтический дар также был одним из проявлений его натуры. Предлагаем вниманию читателя одно из его стихотворений.
 
 
 
Шенъ Къырым
 
Шенъ Къырымнынъ баарь айы,
 
Джильвелидир сабасы.
 
Къара денъиз багъырында,
 
Санки дерсинъ, баласы.
 
 
 
Дюльбер чечек багъчалары,
 
Чевре-четке яраша.
 
Догъгъан кунеш къуветинен,
 
Бутюн барлыкъ ойнаша.
 
 
 
Манзарасы кулюп тура,
 
Не къудретли девасы.
 
Ольгенни де тирильтирир,
 
Дертке дерман мейвасы
 
 
 
Эр кес севе Ватанымны –
 
Къырым ярым адасын.
 
Мен де оны шай севемен,
 
Санки ана – баласын.
 
 
 
Бундай экен бир топракъта
 
Табиат кулюп тура.
 
Дерсинъ, дюльбер бир къыздайын
 
Эр вакъыт козьге ура.
 
1957 г.
 
Подготовлено по материалам, предоставленным Ферит-агъа Зиядиновым.
 

В Акъмесджите почтили память Басыра Гафарова

15 января в конференц-зале Духовного управления мусульман Крыма прошло памятное мероприятие, посвященное известному филологу, ученому, публицисту Басыру Гафарову. Организаторами памятного вечера выступили ДУМК и Управление по связям с ветеранами крымскотатарского национального движения, общественными организациями Меджлиса крымскотатарского народа.

Мероприятие, приуроченное к 107 годовщине со дня рождения Басыра Гафарова, началось с дуа, которое провели сотрудники муфтията. Почтить память Басыра Гафарова пришли члены Меджлиса крымскотатарского народа, преподаватели, общественные деятели, друзья и родственники Б. Гафарова.

Они поделились своими воспоминаниями об ученом, говорили о его вкладе в развитие крымскотатарского языка, в исследование филологии. Как известно, основное внимание в своих исследованиях Гафаров уделял крымскотатарскому языку и литературе, фольклору и культуре народа. Басыров одним из первых в местах ссылки получил звание кандидата филологических наук в области крымскотатарского языке. Он внес огромный вклад в возрождение и развитие крымскотатарского языка. Вернувшись на родину, он продолжал собирать материалы по истории и фольклору крымскотатарского народа. Перед смертью Басыр Гафар написал завещание, согласно которому 2000 книг его личной библиотеки передавались в дар Крымскотатарской Республиканской библиотеке им. И. Гаспринского.

Басыр Гафаров умер в 1991 году в Акъмесджитском районе, в селе Булгъанакъ (Кольчугино).

Пресс-служба ДУМК

 

Менба: 
http://avdet.org/

Янъы тефсир язынъ