Крымскотатарский гений – изобретатель невидимки

Широко известное имя Али Алиева – профессора Далласского университета, изобретателя – стало предметом гордости для многих крымских татар. В интервью Avdet он рассказал о своем изобретении, принесшем ему популярность и мировую известность, о своей семье, взглядах и убеждениях, о том, как фантастика помогает ему в научной работе, и о многом другом.
 
СЕМЬЯ
– Какой была семья, в которой Вы выросли?
 
– Семья, в которой я родился, была обычной, каких в нашей крымскотатарской деревне под Ташкентом было более пятидесяти. Надо было выживать, поднимать семьи: все от мала до велика занимались выращиванием помидоров, капусты и огурцов.
 
Возможно, в нашем воспитании и образовании сказалось в некоторой степени то, что отец хорошо знал русский язык, ведь он был выслан из центра Симферополя и хорошо знал как русский, так крымскотатарский, много читал. Мама успела закончить в Крыму 7 классов и могла помогать нам как по математике, так и по другим предметам, кроме русского. Русского она не знала совершенно и училась ему вместе с нами.
 
Мой отец, Энвер Алиев, родился в Симферополе, на улице Татарской, которую переименовали в ул. Футболистов. Отец в детстве любил лошадей, а позднее в Узбекистане увлекся техникой, выучился на тракториста и впоследствии стал известным механизатором, Героем Социалистического Труда. Он избирался представителем крымских татар в Палату Национальностей Верховного Совета СССР в 80-90 гг. и много сделал для возвращения нашего народа на историческую Родину. А мой дедушка, Али Абдулганиев (меня назвали в его честь), возглавлял в Симферополе артель извозчиков и имел во дворе дилижанс, линейку и фаэтон.
 
Мама, Фазиле Оказова, родилась в селе Корбек (Корбекуль) Алуштинского района. Дед по матери Абдул-Кадыр Оказов и бабушка Айше Язджи принадлежали к древнейшим родам Оказ и Язджи, проживавшим в этой местности. Мама училась в татарской школе, поэтому знала много татарской литературы и рассказывала нам разные татарские повести, рассказы, загадки.
 
С моей супругой, Эльвирой Умеровой, я познакомился на работе, в Институте Теплофизики АН Узбекистана, куда она поступила сразу после окончания школы. Она работала и параллельно училась на филфаке Ташкентского университета. Мы поженились в 1984 году после моих четырех лет ухаживаний. Видимо, я человек робкий и нерешительный в этих вопросах. Сейчас у нас две дочери: Улькер и Зейнеб и с недавнего времени внук Рустем.
 
– На каких идеалах воспитывали Вас, и что воплощаете Вы в воспитании своих детей?
 
– Касаясь идеалов воспитания, нужно заметить, что в наше время идеалом воспитания и поведения был "моральный кодекс строителя коммунизма". Мы заучивали его наизусть в школе. Советская пропаганда работала жестко. Но старшее поколение крымских татар с недоверием относилось к этому, а оскорбление, причиненное всему народу, они не всегда могли высказать публично. Поэтому с идеалами было трудно разобраться.
 
Сказать, что в нашей семье мы применяем какую-то специальную систему воспитания для детей – это преувеличение. Мы делаем то, чему учили нас родители, что делали наши хорошие соседи и родственники. Поскольку я родился и вырос в крымскотатарской семье, то традиции воспитания, этику поведения и обряды я воспринял оттуда. Честность, скромность и трудолюбие культивировались в крымскотатарских семьях на протяжении поколений, и мы воспитываем эти общечеловеческие качества в наших детях. Из традиций в семье сохранились почитание старших, уважение к обрядам и любовь к национальной литературе и искусству.
 
Но, я считаю, что традиции и обряды должны развиваться вместе с развитием культуры нации. В окружающей нас славянской среде мы должны быть толерантны к другим обычаям и подстраивать свои к современным реалиям.
 
– Какие-то принципы потеряли свою актуальность сейчас?
 
– Конечно, мы живем в другое время, нежели наши предки, и пытаемся следовать новым веяниям: учим детей быть целенаправленными, рациональными и коммуникабельными. Не забываем и об американских стандартах. В Америке очень важно правильно и вовремя себя представить. Никто о тебе не расскажет лучше, чем ты сам. Правило из нашего прошлого: "время покажет, какой ты специалист и человек", уже не работает. Если будешь следовать этому правилу, то можешь просто не успеть себя проявить и упустить благоприятный момент. Все может измениться уже завтра. Расскажи сейчас, что ты умеешь делать. Торопись жить.
 
– Занимаясь наукой и постоянно сталкиваясь с неизведанным, доселе непостижимым, апеллируете ли Вы к Богу?
 
– Я уважаю выбор верующих людей, но сам к Богу еще не пришел. Я придерживаюсь эволюционной модели развития человечества и так называемой стандартной модели в физике.
 
– Верите ли в гадания, прогнозы, интуицию?
 
– Я верю в научные прогнозы.
 
АМЕРИКА-КРЫМ
– Чужая страна – какая она? Америка меняет людей? Сложно ли было Вам и Вашей семье адаптироваться в новых условиях?
 
– Было по-разному. Надо учесть, что у моей семьи уже был опыт проживания в других странах. Нам нравится в Америке. Америка – страна эмигрантов. Здесь никто вам не скажет (да и в голову никому не придет) "поезжайте к себе в Монголию, зачем едите в Крым?", как говорили в первые годы возвращения крымским татарам.
 
– Живут ли в Техасе крымские татары, и общаетесь ли Вы с ними?
 
– В Далласе у нас есть замечательные друзья – крымские татары Сервер и Левиза Салимовы. Нас сближает не только историческая Родина, но и очень близкие судьбы. Сервер тоже был одним из первых десантов советских ученых-ядерщиков, приглашенных на строящийся тогда уникальный ускоритель под Далласом. Левиза – профессиональный музыкант, виртуозно исполняющий как классические произведения, так и крымскотатарские мелодии. В Крыму наши родители тоже стали хорошими друзьями. К тому же у них тоже дочери.
 
– Не забыли ли родной язык?
 
– Язык без практики общения увядает, как цветок без света. К сожалению, мы теряем родной язык, и даже русский постепенно забывается. Я замечаю, как приходится чаще вспоминать нужные слова. Пытаемся восполнять язык, читая вашу газету и другие крымскотатарские издания в интернете.
 
– Нам известно, что Вы планировали наладить обмен студентами с крымскими вузами. Как продвигается работа в этом направлении?
 
– Откровенно говоря, эта деятельность пока не принесла успеха. Я просматриваю другие варианты привлечения крымскотатарской молодежи для обучения в Америке. Иногда правильный совет важнее денег.
 
– Часто ли Вы бываете в Крыму? Где Вам больше всего нравится?
 
– В Крыму бываю практически каждое лето. Особенно привлекают туристические маршруты Чатырдага и побережье Судака.
 
– Наверняка, Ваши коллеги-американцы о крымских татарах не слышали. Да и здесь, в Украине, после открытия, в ряде СМИ Вас назвали узбекским или азербайджанским ученым. Как Вы отреагировали на это?
 
– Американцев мало интересует история других народов, потому что, практически все они эмигранты, которые хотят сначала изучить саму Америку, побывать в Лас-Вегасе, а потом узнать немного о своей исторической Родине. Поэтому никому нет дела до нашего Крыма. Но они очень внимательны, если вы будете им рассказывать о красотах Крыма и нашей трагической истории. Я был космополитом, но с годами понимаю, насколько глубоко во мне сидят крымскотатарские корни. Мне обидно за судьбу нашего народа, и я очень хочу ему помочь, хотя бы своими небольшими успехами.
 
– В крымскотатарском национальном движении важную роль играют такие люди, как Вы. Существует ли сейчас возможность создать своего рода международную ассоциацию, которая объединила бы наших ученых со всего мира, дабы иметь возможность поднимать и решать задачи нашего народа на мировом уровне?
 
– Я физик и должен заниматься физикой. Если я завтра займусь политикой, то я перестану быть физиком. Поднимать и решать проблемы крымских татар должны профессионалы: экономисты, историки и политики. Такие люди есть в нашей среде, и я уверен, они этим занимаются. Я готов поддержать такую группу или программу, если мое участие может оказаться полезным.
 
– Время диктует свои условия, в начале 20 века национальной идеей крымскотатарского народа было просвещение и воссоздание государственности, после окончания ссылки, вплоть до середины 90-х, национальной идеей служило наше возвращение на Родину. Какая должна быть национальная идея у нас в нынешних реалиях – Ваше мнение?
 
– Воссоздание государственности – это необходимое условие сохранения и процветания крымскотатарской нации. Это должно быть нашей целью номер один в будущем, когда созреют условия. Задачей сегодняшнего дня, я думаю, должно быть укрепление крымских татар на Родине: решение жилищных и экономических проблем, воссоздание культурных ценностей, повышение уровня образования. К сожалению, появились опасные тенденции раскола в крымскотатарском движении.
 
ИЗОБРЕТЕНИЯ, НАУКА
– Ваше имя известно всему миру, а мы, к сожалению, толком не знаем то, чем Вы занимаетесь. Расскажите о своих изобретениях, о своей работе.
 
– Я занимаюсь физикой низкоразмерных структур. Окружающий нас мир в основном трехмерный. Что происходит со свойствами материалов в двухмерном или одномерном мире – это предмет моих исследований. Одним из таких объектов являются углеродные нанотрубки – одномерные проводники. Их диаметр около 1 нанометра, а длина достигает нескольких миллиметров (хотя уже есть и длиннее). Для некоторых частиц, участвующих в транспорте энергии (электроны, фононы, спиновые волны), этот диаметр считается ничтожно малым, и тогда мы можем говорить о таком материала как об одномерном. Из-за так называемого квантово-размерного эффекта многие физические свойства таких трубок становятся необычными. В частности, трубка того же диаметра может быть как полупроводником, так и металлом в зависимости от угла свертки атомов углерода вдоль оси трубки.
 
– Как Вы проснулись известным всему миру ученым?
 
– На самом деле успех произвел небольшой видеосюжет, который я снял вдогонку уже принятой публикации в журнале "Nanotechnology", выпускаемом в Англии. Мне показалось, что научная статья "Мираж-эффект", создаваемый термически модулируемым прозрачным полотном из углеродных нанотрубок", над которой я работал больше года, будет очень сухой, если не продемонстрировать "мираж-эффект" вживую – в воздухе или под водой. Для простоты я выбрал подводную среду, где за счет большого коэффициента преломления, эффект можно продемонстрировать в небольшом пространстве стеклянного контейнера. Редакция журнала охотно взялась поместить этот сюжет в YouTube, а статью, как наиболее перспективную, разрекламировала по многим журналистским каналам. На следующий день число просмотров сюжета превысило миллион. По мнению редакции, моя картинка конкурировала в те дни с вебсайтами по объявлению нобелевских лауреатов. Практически все местные радио и телевидение рассказали об этом сюжете. Меня одолели корреспонденты со всех уголков мира. Особенно активными были Российские СМИ, которые поспешили обозвать мою разработку "шапкой-невидимкой".
 
– Расскажите о Вашем изобретение подробнее. Чем оно может быть полезно человеку в быту?
 
– Наш институт нанотехнологий при университете Техаса в Далласе занимается исследованиями и технологиями ноноструктур, в частности углеродными нанотрубками (УНТ). Нам принадлежит приоритет в создании прозрачного полотна из углеродных нанотрубок с уникальными физическими свойствами. Это полотно в сто раз прочнее стали (той же толщины), электропроводящее, как многие металлы, и прозрачное, как стекло. Меня интересуют особенности электронного и фононного транспорта в одномерных структурах как УНТ, а также возможными их приложениями. В частности, мне принадлежит разработка подводных излучателей звука на основе углеродных нанотрубок, опубликованной в прошлом году в том же журнале. Одним из уникальных свойств УНТ является их исключительно малая тепловая инерция, из-за малых размеров самих трубок (1 нанометр в диаметре, т.е. в 10000 раз тоньше волоса ). Из "леса" таких нанотрубок, выращенных методом химического осаждения ацетилена из газовой фазы, мы можем тянуть полотна, шириной до 5 см, со скоростью 2 м в секунду. Температуру УНТ полотна можно поднять до 2000 градусов (в вакууме) за микросекунды, пропустив небольшой электрический ток (10 мА) через полотно. При этом он также быстро остынет, если отключить электричество. Это уникальное свойство и было предметом моих исследований в данной разработке. Если полотно разогреть в воздухе, то за счет большой удельной поверхности нанотрубок и чрезвычайно высокой их теплопроводности, воздух также расколется на небольшом расстоянии от полотна. В горячем слое воздуха свет распространяется немного быстрее, чем в рядом лежащих слоях холодного воздуха. Таким образом, созданный градент температуры, а значит и градент коэффициента преломления очень эффективно отклоняет лучи света в сторону от полотна из-за так называемого "мираж-эффекта" – отклонение фронта распространения световой волны от горячих слоев к холодным. Предметы, находящиеся позади прозрачного полотна при наблюдении под определенным углом, становятся невидимыми при включении электрического тока.
 
Это далеко не совершенная "невидимка". В идеальной "невидимке" объект должен исчезать так, что предметы позади объекта видны во всем оптическом диапазоне под любым углом зрения, а от объекта не должно остаться даже легкой тени. Это будет возможно, если удастся манипулировать лучами света так, что они, обходя объект, восстановят прежнее направление лучей позади объекта. Этим свойством предполагается наделить накидку невидимку созданную из так называемых метаматериаллов – среды из металлических и диэлектрических наноструктур, эффективно взаимодействующих с проходящим светом так, что свет может отклоняться и затем восстанавливаться позади препятствия, наподобие поверхностных волн на гладком озере, огибающих небольшие камни.
 
Другой пример невидимки – это когда объект становится прозрачным как окружающий воздух и перестает рассеивать лучи света. Я демонстрировал такое явление три года назад для военно-воздушных сил США, используя пористую пластинку искусственного опала. Пластинка опала белого цвета практически полностью исчезает в жидком хлороформе из-за полного совпадения коэффициентов преломления наноразмерных шариков опала и хлороформа.
 
"Мираж-эффект", отклоняя лучи света, позволяет прятать объекты позади прозрачного углеродного полотна. Новизна нашей разработки заключается в возможности включения и выключения "мираж-эффекта" за доли секунды. Нам удалось впервые в мире продемонстрировать эффект скрытия небольшого объекта (5х7 см2) в реальном масштабе времени. В опубликованной статье мы продемонстрировали возможность создания очень быстрых и эффективных дефлекторов – систем отклонения и манипулирования лазерным излучением. Предметы, покрытые УНТ полотном, также могут изменять свои внешние очертания в зависимости от угла наблюдения и включения отдельно выбранных сегментов поверхности. Особенно полезным эта разработка может оказаться в изучении подводного мира океана. Прозрачное УНТ полотно одновременно может служить для акустической локации океана (как излучатель звука) и скрытия объектов от любопытных глаз морских животных.
 
– Как, по-вашему, будут влиять технологии на повседневную жизнь в дальнейшем?
 
– Прогресс общества уже сейчас во многом зависит от владения различными технологиями. США преуспевают в этом потому, что им принадлежат электронные технологии Intel, IBM, HP, информационные технологии Microsoft, Oracle, автомобильные технологии Ford, Chevrolet, Crisler и т.д. Мы все свидетели того, как сотовые телефоны изменили наш мир общения, безопасности и осведомленности. Поэтому, безусловно, развитие технологий, и в том числе нанотехнологий, существенно определят наше будущее. Я предполагаю, что нанотехнологии войдут в наш мир, более ощутимо для каждого из нас через биомедицину и генную инженерию. Эти две дисциплины, опираясь на нанотехнологии, изменят в будущем внешний облик человека.
 
– Многие современные реалии, в том числе технологии, были описаны ранее в научной фантастике. Кто из научных фантастов наиболее точно спрогнозировал будущее, по Вашему мнению?
 
– Я люблю фантастику. Но не могу назвать отдельных фантастов, кто прогнозировал будущее. Когда-то нравились братья Стругацкие, Станислав Лем, Кир Булычев (Игорь Можейко). Зачитывался энциклопедией современной фантастики. Сейчас отчасти это помогает в моей работе. В частности, фантастический роман Артура Кларка "Фонтаны рая",где описывается, как в далеком будущем человечество собирается заселить космос, построив станцию, опоясывающую землю на геостационарной орбите. Для связи и транспортировки грузов в этом романе строятся лифты, связывающие землю с космическим поясом. Для таких лифтов нужны сверхлегкие и сверхпрочные кабели. Мы сейчас работаем над таким материалом на основе углеродных нанотрубок. Наши тросы из углеродных нанотрубок еще далеки от описанных Кларком, но уже в восемь раз легче и в сто раз прочнее стальных.
 
– Что Вы считаете самым полезным и самым опасным изобретением человечества?
 
– Самым полезным изобретением я бы назвал электричество. Одним из самых опасных считается открытие ядерного распада и синтеза, приведших к созданию ядерного оружия. Но, с другой стороны, знание ядерного синтеза помогает нам понять, что происходит в звездах и их эволюцию.
 
– Что бы Вы пожелали начинающим молодым ученым?
 
– Дерзайте!!!
 
А также мои самые лучшие пожелания добра, счастья и благополучия моим родным и соотечественникам.
 
Искренне ваш, Али Алиев.
 
Интервью подготовили Азизе АБЛА, Лейля ЭМИР-АСАН
 

 

Категория
Источник
http://avdet.org/

Комментарии